Мы не хотели вас пугать, но это, ей-богу, лучшая советская афиша "Трех Эпох", которая у нас есть (графика Гетьманского получше, но это все-таки не афиша). А повод ее показать солидный: сегодня - ровно сто лет с того дня, как в московском кинотеатре Кино-АРС открылся прокат первого полнометражного фильма Бэстера Кейтона.
"Три Эпохи" показали уже после краткого и почти незамеченного осеннего проката "Шерлока" и безумного успеха "Нашего Гостеприимства", так что к прокату третьей большой картины Бастер был без ложной скромности объявлен в СССР “признанным всем миром лучшим современным комиком”.
"Три Эпохи" показали уже после краткого и почти незамеченного осеннего проката "Шерлока" и безумного успеха "Нашего Гостеприимства", так что к прокату третьей большой картины Бастер был без ложной скромности объявлен в СССР “признанным всем миром лучшим современным комиком”.
«Три Эпохи» эксклюзивно показывали Кино-АРСе на протяжении 6 недель перед тем, как выпустить в прокат по стране (вот тут можно посмотреть буклет от кинотеатра, кстати). После триумфа «Гостеприимства» новый фильм встречали тоже неплохо, хоть и с меньшим энтузиазмом — рецензенты уже высказали все возможные восторги по поводу предыдущих картин, и на сей раз позволяли себе и критику, угадав даже, что «Эпохи» — работа менее зрелая и совершенная чем уже виденные, и вероятно, была создана раньше.
Пресса хвалила параллельный монтаж разных времен, пародийность и иронию, особенно в современной части, трюки, мастерство постановки, игру самого Бастера, и вяло поругивала пустоту сюжета. Публика же была в восторге от льва и динозавра, но на сей раз образы, которыми Бастер играл, были слишком мало знакомы советскому зрителю, поэтому его юмор часто оказывался непонятен. Главный объект пародии - «Нетерпимость» (1916) Дэвида Уорка Гриффита - на советские экраны выходил, хотя и с огромным опозданием и в зверски перемонтированном виде (всю часть про Христа из нее вырезали по идеологическим соображениям), но особого успеха не имел. К тому же, как описал в своих мемуарах Виктор Шкловский; многие узнаваемые во всех эпохах элементы американских быта и культуры оказались для советской публики загадкой:
«Три эпохи» почти совсем не доходят. Интересуются ихтиозавром, львом, который рассматривает наманикюренные ногти, восхищаются прыжками... [...] Юмор Китона кинематографичен. С одной стороны, он пародиен. Пародирует эпохальные ленты типа «Нетерпимость», «Рождение нации». Смешное находится не в ленте, а между лентами. [...] Смешна неуклюжесть параллелизмов. Смешно вторжение одного стиля в другой. [...] Столкновение планов комично. Здесь мы переходим на игру с бытовыми подробностями, которая до нас тоже не доходит. Не смешны последствия “сухого закона”, игра в мяч, так как мы не знаем ни подробностей закона, ни правил игры».
Тем не менее, на волне любви к «Гостеприимству» и Китону вообще, «Три Эпохи» шли по стране с большим успехом и остались в народной памяти. Бастер в шкуре и на динозавре появился в советском мультфильме 1927 года "Одна из многих", а большой фанат Китона Федор Хитрук явно вдохновлялся именно "Эпохами", когда создавал бессмертный мультфильм «Дарю тебе звезду» (тот, который «Любимая, я тебя поведу к самому краю Вселенной!») про взаимоотношения полов и любовь в разные исторические времена.
Пресса хвалила параллельный монтаж разных времен, пародийность и иронию, особенно в современной части, трюки, мастерство постановки, игру самого Бастера, и вяло поругивала пустоту сюжета. Публика же была в восторге от льва и динозавра, но на сей раз образы, которыми Бастер играл, были слишком мало знакомы советскому зрителю, поэтому его юмор часто оказывался непонятен. Главный объект пародии - «Нетерпимость» (1916) Дэвида Уорка Гриффита - на советские экраны выходил, хотя и с огромным опозданием и в зверски перемонтированном виде (всю часть про Христа из нее вырезали по идеологическим соображениям), но особого успеха не имел. К тому же, как описал в своих мемуарах Виктор Шкловский; многие узнаваемые во всех эпохах элементы американских быта и культуры оказались для советской публики загадкой:
«Три эпохи» почти совсем не доходят. Интересуются ихтиозавром, львом, который рассматривает наманикюренные ногти, восхищаются прыжками... [...] Юмор Китона кинематографичен. С одной стороны, он пародиен. Пародирует эпохальные ленты типа «Нетерпимость», «Рождение нации». Смешное находится не в ленте, а между лентами. [...] Смешна неуклюжесть параллелизмов. Смешно вторжение одного стиля в другой. [...] Столкновение планов комично. Здесь мы переходим на игру с бытовыми подробностями, которая до нас тоже не доходит. Не смешны последствия “сухого закона”, игра в мяч, так как мы не знаем ни подробностей закона, ни правил игры».
Тем не менее, на волне любви к «Гостеприимству» и Китону вообще, «Три Эпохи» шли по стране с большим успехом и остались в народной памяти. Бастер в шкуре и на динозавре появился в советском мультфильме 1927 года "Одна из многих", а большой фанат Китона Федор Хитрук явно вдохновлялся именно "Эпохами", когда создавал бессмертный мультфильм «Дарю тебе звезду» (тот, который «Любимая, я тебя поведу к самому краю Вселенной!») про взаимоотношения полов и любовь в разные исторические времена.